• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: горские песни (список заголовков)
23:49 

Рассказчик историй
Наши горы помнят тебя, помнят голос твой, песни твои переливчатые,
помнят смех твой жемчужный ласковый, помнят тень твою рядом с тенью гор -
плоть от плоти их, плоть живую от плоти каменной.
Горы помнят людей твоего рода, помнят кровь твою, помнят цвет нитей в полотнище,
что ткала перед твоим рождением твоя бабка.

Наша река помнит тебя, помнит тело твое белое, помнит кожу мраморную,
помнит, как с темных волос ручейками вода стекала на точеные плечи,
помнит, как небеленая рубаха льнула к мокрому телу.
Река помнит тебя, помнит первый твой крик и родильную кровь, унесенную вниз по течению,
помнит славное угощение, что принес ей твой дед, когда ты родилась.

Наши травы помнят тебя, помнят ноги твои босые, помнят легкость шагов,
помнят танец твой, как выходила ты в ясную ночь плясать у костра, когда выросла,
помнят шерсть моего плаща и силу твоих пальцев, помнят запах твоих волос травы.
Травы помнят, какие цветы дарили тебе, помнят каждую травинку, вплетенную в венок,
в душистый венок невесты.

Наши деревья помнят тебя, помнят, как ты за водой ходила, как ягоды собирала,
как рядом с домом сидела, ждала, песенку напевала - нехитрую девичью песенку:
"Ах, куда же мой милый ушел, возвратите его мне, горы".
Деревья помнят тебя, и отца твоего, и мать, и улыбки, и слезы, и печаль, и радость,
все, что видели на своем веку.

Я речною водой твои ноги омою, росой с трав душистых лицо твое омою,
волосы твои заплету, как раньше, осыплю ложе твое цветами.
В изголовье ляжет ветка рябины, на лицо ляжет тканое полотнище,
что встречает нас всех при рожденье и провожает в смерти.
Я запомню тебя, крепче гор, вернее реки, нежнее трав и дольше деревьев,
я запомню тебя.
Отпущу твою душу птицей, пусть возвращается в горы - все мы плоть от их плоти,
плоть живая от плоти каменной.
Я отдам твою плоть горам, а сам сохраню тебя в сердце.
Я запомню тебя живой.
Я запомню.

@темы: горские песни, слова мои - яд

19:09 

Рассказчик историй
Деревня стояла в ложбине между двумя перевалами, а в скалах над деревней жил отшельник.
Деревенские почитали его чудотворцем, этого седого улыбчивого старика, чудотворцем и немного безумцем. Они приносили съестное в плетеных из длинных полос коры туесах к подножию горной тропы и говорили: "Для нашего маленького святого". Отшельник изредка оставлял свою горную хижину и спускался в деревню, посидеть немного в харчевне, выпить чашечку подогретого вина, поболтать с людьми. Он все время улыбался, этот невысокий худой человек, улыбка морщинами разбегалась к самым вискам. Как мог стать отшельником тот, кто так радовался звукам человеческой речи, так весело смеялся над немудреными шутками? За это и звали старика безумцем.
Хотя ума у отшельника было столько, что можно было смело делить на десятерых, и ни один бы остался обиженным. Маленький святой лечил хвори и раны у людей и животных, давал не всегда понятные, но всегда действенные советы, и не просил в ответ ничего. Зато когда он приходил в деревню, у людей всегда находилось то, в чем он нуждался: нож у кузнеца, ткань у ткачихи, миска у гончара.
Больше всех его любили дети - за те истории, которые старик рассказывал, щурясь и улыбаясь всем лицом. Он рассказывал о царях и героях неведомых земель, могучих волшебниках и страшных демонах, о кровавых битвах и мудрых красавицах... Дети слушали, раскрыв рты и восторженно блестя глазами, дети верили словам старика. Взрослые посмеивались, но и сами были не прочь задержаться у белого камня на окраине деревни, на котором сидел отшельник, увлеченный собственными историями.
Однажды старик спустился в деревню крайне взволнованным. Он больше не улыбался, и глубокая вертикальная морщина пролегла между сдвинутыми бровями. Старик говорил всем и каждому, что люди должны из деревни. Да-да, бросить все, что нельзя унести и уйти, потому что иначе им спастись не удастся.
"От чего нам спасаться?" - смеялись люди. "не бывает в наших краях ни оползней, ни обвалов, ни страшных селей".
"Вас погребет лавиной", - чуть не плача, говорил старик. "Жадной человеческой лавиной. Придут с перевала дикие горцы, и убьют всех, кого увидят".
"Нет никаких горцев за перевалом", - отвечали люди. "Там лишь снег и лед, и люди там не живут".
Ни с чем вернулся старик в свою хижину.
А спустя три дня с горной тропы спустился юноша. Он был невысок ростом, тонок станом и красив лицом, а на плече нес большой кривой меч с длинной рукоятью.
"Тот, кого вы называли Маленьким святым, умер", - сказал юноша. "Он был моим дедом".
Деревенские пригляделись, и решили, что юноша и впрямь похож на смешливого старика, что жил в скалах над деревней.
"Я обещал ему, что выполню его последнюю волю", - сказал юноша. "Останусь у вас и послужу вам за то, что были к нему добры".
Юноша действительно остался в деревне. Он брался за любую работу: вскопать огород, подновить колодезный сруб, починить сломанный инструмент или посидеть с захворавшим малышом. Люди быстро привыкли к нему, как будто рядом с ними всегда жил смешливый молодец, не отказывающий никому в помощи.
А потом с перевала лавиной хлынули дикие горцы, которых выгнал с насиженных мест ледник, далеко протянувший свои холодные белые руки. Они визжали от нетерпения, видя перед собой деревню, в которой их ждало свежее мясо и мягкие женщины долины, они выли от предвкушения легкой победы. Но им навстречу вышел невысокий худощавый юноша, не спеша раскручивающий в руках кривой меч на длинной рукояти. И лавина разбилась об одинокий утес. Ни один из косматых дикарей не остался в живых, ни один не смог пройти мимо того, кто стоял намертво, защищая людей за своей спиной.
Когда его вытащили из-под груды тел, юноша еще дышал. Он даже смог подняться на ноги и побрел, не оглядываясь, к горной тропе, тяжело опираясь на свой меч. Его пытались остановить, но он лишь твердил: "Я должен подняться туда один".
Люди отпустили его.
Через три дня они поднялись по тропе к хижине Маленького святого. На ее пороге лежал израненный, изрубленный седой старик. Он был мертв. В руке он сжимал длинную рукоять кривого меча, а на его губах застыла счастливая улыбка.

@темы: горские песни, слова мои - яд

22:36 

Дети горной птицы. Из горских песен.

Рассказчик историй
Год за годом - катится солнце, золотит ледники на вершинах,
холод меняет тепло, тепло снова меняет холод,
а по весне на склонах поет чудесная птица.
У птицы той оперенье - чище желтых топазов,
бирюзовее аметистов, алее ярких рубинов.
У птицы - голос как флейта из гибкой лозы орешной,
а иногда - как струны тихого нежного циня.
У птицы глаза горной серны, у птицы сильные крылья...
Ту птицу никто не видел, но всем знаком ее облик.
Год за годом катится солнце. Люди живут на склонах,
встречают песнями зиму и песнями провожают,
лето приходит - песня, осень настала - песня,
с песней рождаются люди, с песней навек уходят.
У круглолицых женщин тонкие ловкие пальцы,
из пуха овец тонкорунных ткут они чудную пряжу.
Мужья мастериц со склонов улыбчивы и молчаливы,
их руки привычны к лукам, ножам и резьбе по кости.
И горы спят под их песни, спят, во сне улыбаясь -
у детей той прекрасной птицы на все найдется по песне.

@темы: слова мои - яд, горские песни

20:58 

Гексаграмма 28. Да-го. Переразвитие великого.

Рассказчик историй
Ахой! Выпей воды, путник с темным лицом,
Смой с лица дорожную пыль, сядь у огня.
Куда ты идешь?
Ахой, аохейя! Иду на север.
Ахой! Раздели с нами трапезу, путник с железным мечом,
Сними с усталых плеч тяжесть брони,
Почему бы тебе не остаться здесь?
Ахой, аохейя, айоха! Иду на север.
Ахой! Кто ждет тебя там, путник с пустыми глазами?
Ахой, аохейя, айярэ! Никто,
но мне нужно на север.
Айярэ! Зачем же тебе на север,
путник с седою косою?
На севере холод, на севере ветер,
земля там скупа на дары,
солнце жадно на ласку,
только снежные змеи будут рады тебе,
снежные змеи да голодные тени,
что блуждают во тьме, в обиталище вьюги.
Айохи, странник, айохи!
Ахой, аохейя! Мне нужно на север,
туда, где за белой, седою горою
раскинулась вольно бескрайняя пустошь,
где летом земля полыхает цветами,
где в метелях играют снежные звери,
туда, где деревья низки и бесплодны.
Ахой, аохейя! Мне нужно север.
На пустоши дом я поставлю на сваях,
из леса, растущего в синих предгорьях.
Дом я поставлю для лучшей из женщин
на севере дальнем, в земле моей крови...
Ахой, аохейя!
Ахой!



@темы: горские песни, И-Цзин Волчьего солнца, слова мои - яд

22:56 

Гексаграмма 62. Сяо-го. Переразвитие малого.

Рассказчик историй
Помнишь, перед тем, как уйти, я посадил дерево рядом с твоим домом?
Я никогда не разбирался в деревьях, просто выкопал в лесу тот росток,
который глянулся мне больше всех.
Ты долго смеялась, а потом сказала, что это рябина.
Я тоже смеялся, и спросил, будешь ли ты варить из нее варенье.
Я сделаю из нее бусы, серьезно сказала ты, и в этих бусах буду на свадьбе.
Когда я вернулся, ветви старой рябины клонились к земле.
Оказалось, что ты ждала меня все эти годы, а я и не знал.
Я никогда не разбирался в словах и чувствах, просто хотел сделать что-нибудь на прощанье.
Завтра наша свадьба, девочка в рябиновых бусах.
Расплети седую косу, повяжи вышитый пояс - я вернулся.




@темы: Каноны Возвращения, И-Цзин Волчьего солнца, горские песни, слова мои - яд

17:23 

Гексаграмма 40. Цзе. Разрешение.

Рассказчик историй
Небо разрешается грозой
от бремени
земля разрешается травой
от бремени
тело разрешается болью
от бремени
душа разрешается слезами
от бремени
Непосильная ноша потому
называется непосильной,
что взвалив ее на себя,
либо сбросишь, либо умрешь
В сверкании молний
в зареве пожара
заплутавший мечется,
бьется,
сбивает ноги,
бросается из стороны в сторону
пока не настанет рассвет
и он не прозреет
если будет угодно судьбе
он найдет в горах тот источник,
чья ледяная вода
сможет смыть черную копоть
с его опаленного горла.

она не дождалась его,
но это и не было страшно -
пока она молилась за него,
она научилась ждать
и была возблагодарена за это
любовью достойного.
он не обрел просветления,
но помня о ней, нелюбимой,
вновь нашел свой почти утраченный Путь
и был награжден за это
покоем.



@темы: горские песни, И-Цзин Волчьего солнца, слова мои - яд

20:09 

Гексаграмма 57. Сунь. Проникновение.

Рассказчик историй
Я лишь молю тебя - не спеши
Не торопись впускать меня в свою душу
делать меня своей сутью
дышать мной вместо воздуха -
я отравлен.
Тебе будет больно.
Не спеши вставать на мою защиту
спасать меня от судьбы
закрывать меня своей грудью -
я сам пройду этот Путь.
Я выбрал его,
и нет никого, в чьих силах
было бы что-либо изменить.
Я этим горжусь -
что еще остается мне кроме гордости
и отчаяния?
Мне не достичь просветления,
если я буду рвать свою душу
в искреннем, но таком лживом порыве
сберечь хоть кого-то.
Ты не спеши. если хочешь дождаться.
Не стремись стать скалою, удерживающей на обрыве
дерево, проросшее в нее корнями.
Попробуй стать деревом,
чьи живые корни не дают
обрушиться камню
и может быть я вернусь - к тебе.






Это к той же страшилочке. Будет еще завершение... наверное.

@темы: горские песни, И-Цзин Волчьего солнца, слова мои - яд

19:23 

Гексаграмма 52. Гэнь. Сосредоточенность.

Рассказчик историй
Вот и граница гор и степи,
вот и пришло тебе время
остановиться,
стой!
Тебе дальше нельзя.
Ты все равно не спасешь
того, за кем следуешь:
сердце его невесело,
сердце его разрывается,
сердце его занято не тобой.
Не ходи за ним, проклятым,
только сгинешь, красавица,
погубишь его и себя.
Пусть он идет по-над пропастью,
пусть сбивает ноги,
пусть срывает ногти,
может, глаза его откроются,
может, сердце его успокоится,
может он сможет собрать себя воедино
из тех осколков,
что тебе увидать не под силу.
Отпусти же его, красавица,
если сорвется - невелика беда,
если же сможет вернуться -
может быть, сможет вернуться к тебе.





@темы: горские песни, И-Цзин Волчьего солнца, слова мои - яд

Пыль на сапогах, пыль на глазах, пыль на душе

главная